Долгое время казалось, что с идеей Wandel durch Handel («изменения через торговлю») было покончено самое позднее со вступлением Си Цзиньпиня в должность руководителя Китая в 2013 году. В основе идеи – представление Запада о том, что свободная рыночная экономика рано или поздно приведет к становлению свободного общества. Однако Си, кажется, решил доказать миру, что автократическое правление и успешную экономику вполне можно объединить. «Речь уже давно идет не о том, что мы изменим Китай, – заявил Кай Штриттматтер, бывший корреспондент Süddeutsche Zeitung в Поднебесной. – Сейчас Китай начал изменять нас и мировой порядок».

При этом в экономическом отношении Китай сейчас настолько слаб, как никогда в новейшей истории: падение внутреннего потребления, «пузырь» на рынке недвижимости, безработица среди молодежи, старение населения. Причины всего этого не только в естественной цикличности рынка, но и в политическом расчете и просто в неумелом управлении.

Рост? Нет, спасибо

«Си вовсе не хочет активного потребления, – заявил Барри Нотон, эксперт по Китаю из университета Калифорнии. – Он уверен, что людям лучше, когда они много работают и ведут тяжелую жизнь». Это отвлекает их от мыслей об участии в политической жизни. Макс Ценгляйн, главный экономист Института по изучению Китая (MERICS), уверен, что правительство сознательно мирится с низкими темпами роста, чтобы продвигать секторы, «связанные со стратегическими целями». Это означает: больше технологии и меньше недвижимости. Если сильная высокотехнологичная промышленность укрепляет независимость Китая, то строительные концерны не продвигают страну вперед на международном уровне.

Впрочем, за сдерживанием роста стоит не только продуманная стратегия, но нередко и чистый произвол. «Авторитарная система Си не разрешает споров, – считает Ценгляйн. – Экономисты-технократы отодвинуты. Из-за этого качество принятия решений заметно ухудшается».

Один из примеров этого – внезапная смена курса во время пандемии: от жесткого локдауна – к полной открытости. Это нанесло ущерб экономике. Еще один пример – запрет в 2020 году продажи на бирже акций Ant Financial, дочерней компании Alibaba, которая оценивается в миллиарды долларов. Легендарный основатель Alibaba Джек Ма перед этим покритиковал экономическую политику Китая и на несколько месяцев исчез с радаров. Оба эти момента подорвали веру в пусть даже автократическое, но как минимум предсказуемое руководство. Кроме того, авторитарное руководство иногда препятствует и техническому развитию. Так, китайские языковые модели искусственного интеллекта, очевидно, «тормозят» из-за того, что содержат большое количество фильтров для политически щекотливых вопросов.

Это не только увеличивает затраты времени, труда и средств на их разработку, но и уменьшает их производительность.

Автосалон в Шанхае Сегодня здесь представляют свои премьеры автопроизводители из ЕС

Германия делает шпагат

США, начав торговую войну, оказались перед фактом: мировая торговля невозможна без КНР. «Прекращение торговли с Китаем уничтожило бы около 50% мирового ВВП, – заявил Керри Браун, профессор Королевского колледжа в Лондоне. – Это отбросило бы нас в 1950-е годы». Ирония технологической войны между США и Китаем состоит в том, что она вынуждает китайское руководство и далее заваливать отечественную промышленность субсидиями. Этот эффект можно наблюдать в аэрокосмической области. Отлученный от Международной космической станции, Китай построил собственную станцию.

Европа в отношении Китая действует более робко, чем США. Поначалу Еврокомиссия ввела ограничения в четырех областях: передовое оборудование для чипов, ИИ, квантовые компьютеры и биотехнология – в зависимости от того, какие угрозы существуют для политического шантажа. Германия выполняет своего рода «шпагат». В конце концов, Китай – ее важнейший торговый партнер, более важный, чем даже США. «Средние и мелкие предприятия уменьшают свою зависимость от Китая, – заявил спикер CDU Норберт Рёттген. – Однако крупные компании ведут себя прямо противоположным образом, внедряясь в этот рынок все глубже и глубже. Это похоже на ситуацию с покупкой российского газа. Только в гораздо большем объеме». Представленная правительством в 2023-м стратегия отношений с КНР основывается на том, что торговля между двумя странами не может служить ущемлению прав человека и наращиванию военной мощи Китая.

Китай – гигант, ЕС – карлик

С технологической точки зрения Запад во многих областях еще опережает Китай. Европейские электромобили не хуже китайских по соотношению цены и качества, но посмотрите на цифры. В 2024 году Китай установил новый рекорд по продажам автомобилей на новых источниках энергии (NEV) – 12,9 млн., или 41% от всех продаж авто в стране. За это же время 27 стран Евросоюза вместе продали всего 2,2 млн. NEV, или менее 14% всех продаж автомобилей в ЕС. Можно сказать, что Китай – гигант NEV, а ЕС – карлик. В США эта цифра еще ниже.

Благодаря инновациям Китай сумел занять лидирующие позиции в разработке и производстве аккумуляторов. То же самое касается новых методов производства, таких как гигалитье. Еще более впечатляют новейшие разработки Huawei и технологических гигантов Baidu и Tecent. Есть риск, что ЕС останется позади.

Прекращение торговли с КНР уничтожит около 50% мирового ВВП

Гонка продолжается

Однако при всех существующих рисках самым большим является отказ от использования тех шансов, которые дает более тесное сотрудничество с Китаем. Например, в науке. Недавно КНР обогнала США по количеству публикаций в естественнонаучных журналах. А университеты Пекина и Цинхуа входят в топ 20 мирового рейтинга (QS World University Ranking). Лучший немецкий вуз – Технический университет Мюнхена – занимает в этом рейтинге только 37-е место. Германия с 86.000 совместными публикациями была самым крупным научным партнером Китая из государств ЕС. Такое сотрудничество привело и к тому, что «исследовательские группы в Европе приобрели огромное количество высококвалифицированных ученых», говорит Анна Лиза Алерс из Института истории науки Макса Планка. И если в США число совместных публикаций с КНР в последние годы уменьшилось, то в ЕС оно только увеличилось, пишут в своем докладе ученые из MERICS.

Но и в Европе растет давление на научные учреждения, чтобы заставить их пересмотреть отношения с китайскими партнерами. Так, правительство Нидерландов планирует более тщательно проверять китайских студентов, работающих в чувствительных областях исследований. Другие страны, в том числе Германия, оставляют такие решения на усмотрение научной общественности.

Подобные двоякие представления пронизывают практически любую область. Правильный ответ должен объединять в себе и то, и другое: развитие собственной независимости должно сочетаться с сотрудничеством с Китаем. Было бы наивно сомневаться в том, что Китай готов использовать любое экономическое превосходство в качестве оружия. Но со стороны Запада столь же наивно пытаться решать глобальные проблемы самостоятельно. И хотя в некоторых областях Запад еще впереди, гонка продолжается.